Переключиться на мобильную версию

Александр Крамаренко: Мы доплатим 450 миллионов долларов?

Кабмин одобрил новый старт замершего строительства завода по производству ядерного топлива в Кировоградской области. Цена вопроса – под полмиллиарда долларов. Зачем нам это надо?
Главная цель программы - создание на территории Украины собственного производства ядерного топлива и его компонентов
Главная цель программы - создание на территории Украины собственного производства ядерного топлива и его компонентов
energoatom.kiev.ua

Кабмин 9 ноября одобрил концепцию Государственной целевой экономической программы развития атомно-промышленного комплекса на период до 2020 года. Какое это имеет ко мне отношение – первая моя реакция. Но потом вспомнились кое-какие истории из очень недавнего прошлого – оказалось, что эта программа вполне имеет отношение к каждому из нас.

Читай также: В каком случае предприниматель может не платить налоги

Как сообщило агентство Интерфакс-Украина со ссылкой на министра энергетики и угольной промышленности Игоря Насалика, главная цель программы - создание на территории Украины собственного производства ядерного топлива и его компонентов. Зачем? Чтобы обеспечить диверсификацию его поставок и заместить импорт. В перспективе – закрыть потребности АЭС в топливе полностью.

Сейчас картинка выглядит так: ядерное горючее для АЭС обходится Украине примерно в 640 млн долларов. В 2014 году – 628 млн долларов, в 2015 году – 643 млн долларов. Сколько будет в 2016 году – пока не известно, но за первые 8 месяцев года импортировано уже на 324 млн долларов.

Напомню, что на АЭС до недавнего времени приходилась примерно половина вырабатываемой в Украине электроэнергии. Но война на востоке привела дефициту отечественного угля, да и ряд электростанций оказались на оккупированной территории. Так что сейчас доля АЭС подбирается к 60%. Учитывая относительную дешевизну “атомной” электроэнергии, увеличение доли АЭС – весьма позитивно.

Читай также: Александр Крамаренко: Украина избавляется от дорогого угля

Осталось только одно “но”: основным поставщиком ядерного горючего является страна-агрессор. Увы. Да, до недавних пор с закупками топлива все было более или менее спокойно: его монопольным поставщиком был российский госконцерн ТВЭЛ, но Украина неспешно вела дело к демонополизации. Ради демонополизации лет 15 назад заключили соглашение с американской корпорацией Westinghouse об использовании ее топлива на украинских АЭС.

Диверсификацией занимались неспешно, что, в принципе, правильно, с ядерными технологиями не шутят. И если даже в 2014-2015 годах доля топлива от Westinghouse составляла скромные 5,5-6,5%, то по итогам первых восьми месяцев 2016 года в РФ закуплено топлива на 224,3 млн долларов, а в Швеции, где находится завод Westinghouse – на 100,6 млн долларов. Без спешки и истерик дело уже выглядит так, что в текущем году минимум четверть загруженного в украинские АЭС свежего топлива будет иметь не российское происхождение. То есть с диверсификацией все замечательно, насколько это может быть с оглядкой на безопасность работы АЭС.

Читай также: Украина прекратила поставки угля из оккупированного Донбасса - Насалик

А что с импортозамещением? “Папередники” вроде начали и о нем думать. Но очень своеобразно: контракт на строительство завода ядерного топлива в Смолино (Кировоградская область, Украина) правительство Азарова заключено с российским же госконцерном ТВЭЛ. То есть намечалось импортозамещение пополам с сохранением монопольного положения российского ТВЭЛа. Как планировалось до начала российской агрессии, завод к 2015 году должен был начать производство ТВС (тепловыделяющих сборок), а также циркониевых комплектующих и комплектующих из нержавеющей стали, в 2020 году собирались начать изготовление топливных порошков и таблеток, которые используются при сборке ТВС. Общая стоимость строительства завода оценивалась в 450 млн. долларов.

Понятно, что после марта 2014 года никакого совместного с РФ проекта по строительству такого завода быть не могло в принципе. Финансирование подвисло, работы остановились. А в феврале 2016 года Госинспекция ядерного регулирования Украины (ГИЯРУ) не удовлетворила заявление ЧАО Завод по производству ЯТ на получение лицензии для проведения работ по сооружению этого завода. В то же время в годовом отчете российского госконцерна ТВЭЛ было указано, что он готов возобновить проект в Украине. Но эти заявления уже из серии “проехали” - сотрудничество с россиянами сворачивается, как и должно быть после их нападения на Украину.

Читай также: В Украине сократили добычу газа

С проблемой импортозамещения все же надо было что-то делать. В августе 2016 года министр Игорь Насалик заявлял о переговорах по поводу сооружения такого завода в Украине с Westinghouse и Казахстаном – по итогам его визита в Астану и общения с министром энергетики Казахстана Канатом Бозумбаєвым. Тогда, в ходе визита встречались участники экспертной группы – представители АО НАК Казатомпром и украинских атомных компаний ГП НАЭК Энергоатом, ГК Ядерное топливо, ГП Восточный горно-обогатительный комбинат и ГП Смолы. Принципиальная договоренность о сотрудничестве с Казахстаном по программе ядерной энергетики была достигнута раньше - во время официального визита президента Украины Петра Порошенко в Республику Казахстан 8-9 октября 2015 года.

Казахстан в качестве партнера – хорошая идея: страна является одним из мировых лидеров по добыче урана, а Украина – добывает циркониевое сырье и производит специальные стали. Но, очевидно, проект должно было дополнить технологиями и инвестициями.

А что носитель технологий - Westinghouse? В интервью агентству Интерфакс-Украина представители компании выражали сомнение в необходимости сооружения завода в Украине в условиях, когда в мире имеется избыток мощностей по производству ядерного топлива. В том числе и потому, что такие мощности были запущены на шведском заводе корпорации как раз под потребности Украины и нескольких других стран, эксплуатирующих реакторы, однотипные с теми, что имеются на украинских АЭС.

Читай также: Группа ДТЭК нарастила добычу газа на 40%

Судя по тональности заявлений Westinghouse, которые публиковались летом 2016 года, корпорация готова поучаствовать поставками технологий, оборудования и т.п. Но вряд сочтет рациональным инвестировать в этот завод – по причине все той же избыточности мощностей.

Так что украинская программа, которая одобрена Кабмином 9 ноября 2016 года, по-видимому, будет искать деньги внутри страны. Как это может выглядеть? Откуда возьмутся деньги? Можно вспомнить о том, каким образом финансировалось достраивание энергоблоков на Ровенской и Хмельницкой АЭС. Да, это та самая история из недавнего прошлого. Тогда в течение 6 лет до завершения строительства в 2004 году с каждого из нас взималась целевая надбавка внутри цены той электроэнергии, что отпускалась на энергорынок госкомпанией Энергоатом.

Должен сказать, что цена вопроса для экономики в целом была очень ощутимой. Например, Энергоатом в 2001 году получал за 1 квт-ч 8,38 копеек (здесь и далее – без учета НДС), из которых 0,96 копеек шли в специальный фонд финансирования строительства тех двух энергоблоков. Это много или мало? Очень немало. Например, электроэнергия у теплоэлектростанций закупалась по 11,90-11,98 копеек/квт-час. А население платило по 13 копеек за квт-ч (промышленность – примерно вдвое дороже). То есть примерно 4-5% того, что население платило по счетам за электричество, шло прямиком на достройку АЭС.

Читай также: Стало известно, кто поставлял африканский уголь из РФ

То есть достройка двух нужных стране энергоблоков потребители оплатили из своего кармана в весьма сжатые сроки. Хотя кредиты на такие проекты обычно гасят лет 10-15, не менее того.

А что с возможным финансированием собственного завода топлива? Это примерно по сотне миллионов долларов в год, судя по обсуждающимся срокам строительства (4-5 лет) и цене проекта (450 млн долларов). При прогнозируемом правительством курсе доллара это что-то около 2,7 млрд гривен в год. В 2015 году АЭС произвели около 87,6 млрд квт-ч электроэнергии. В 2017 году планируется около 83,3 млрд квт-ч.

Какой должна быть целевая надбавка в цене “атомной” электроэнергии, чтобы собирать за год 2,7 млрд грн(это при курсе 27,2, но он же может быть выше)? Что-то около 3 копеек на 1 квт-ч. Это много? Это примерно 16% затрат на приобретение ядерного топлива для производства этой самой электроэнергии (640 млн долларов в год на импорт ядерного горючего, помним?).

Читай также: Вьетнам отказался от строительства АЭС с помощью России

Или примерно 6,3% той цены, по которой Энергоатом отпускает на энергорынок вырабатываемую на АЭС электроэнергию (0,51307 грн/квт-ч по итогам октября 2016 года). Если такую надбавку введут, то, учитывая долю атомных станций в энергобалансах, НДС и т.п., мы получим примерно +4-5% к тем цифрам, что фигурируют в наших платежках за электроэнергию. И не только: повышение тарифов на электроэнергию просачивается повсеместно и поднимает цены практически на все. Так можем получить пару процентов инфляции сверх ожидаемых по итогам 2017-2020 годов.

В общем, это довольно ощутимая прибавка к тарифам, которые и без того высоки. Ослабить нагрузку на потребителей было бы можно, если бы нашлись инвесторы, готовые ждать возврата инвестиций не 4-5 лет(как в случае с надбавкой к тарифу), а хотя бы 10-15, что в таком бизнесе – более чем приемлемо. Вот только как объяснить инвесторам, что завод нужен, несмотря на избыток мощностей в той же Европе и не только там? Ну, или почему б не поискать партнеров дополнительно к тем, что уже найдены?

Главный редактор журнала Деньги Александр Крамаренко. 

Текст является личной точкой зрения автора. 

 

Комментариев (0)
Оставляя комментарий, пожалуйста, помните о том, что содержание и тон Вашего сообщения могут задеть чувства реальных людей, непосредственно или косвенно имеющих отношение к данной новости. Пользователи, которые нарушают эти правила грубо или систематически, будут заблокированы.
Полная версия правил
Осталось 300 символов
Реклама
Реклама
Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее здесь