Корреспондент: Женщина со стрежнем. Интервью с Анабель Эрнандес

Трудно поверить, что эта хрупкая женщина наводитужас на коррумпированных мексиканских чиновников и всемогущих наркобаронов. Ноэто правда: Анабель Эрнандес своими расследованиями, раскрывающими связи междунаркокартелями и властями Мексики, заработала себе славу разоблачителя.

На ее родине, в 112-миллионной стране, котораясчитается одним из самых опасных мест для работы журналистов в мире - запоследние шесть лет там убили 30 работников массмедиа, - подобная славасмертельно опасна. С 2010 года, когда стало известно, что на Эрнандесготовилось покушение, журналистка живет под постоянной охраной. Но продолжает писатьсвои разоблачения.

Правда, в Киев на 64-й Всемирный газетный конгресси 19-й Всемирный форум редакторов мексиканка приехала без бодигардов. В Украинеее ждали приятные известия: Эрнандес получила от представителей конгрессаЗолотое перо свободы. Это даже не награда, а, скорее, символ, направленный нато, чтобы привлечь к лауреату внимание всего мира и тем гарантировать защиту иправо на профессию.

Что заставляет Эрнандес вновь и вновь писать онаркомафии и мексиканских властях, а также о возможностях журналистов влиять наобщество и через него на власть, она рассказала в эксклюзивном интервьюКорреспонденту.

- В 2000-м неизвестные похитили и убили вашегоотца. Стало или это той последней каплей, после который вы решили посвятитьсебя расследованиям и борьбе с коррупцией?

- Смерть моего отца не связана напрямую с моейпрофессиональной деятельностью. Его выкрали в 2000-м. Похищения людей, частобизнесменов, с целью получения выкупа нередко случаются в Мексике. Но иногдапохитители настолько сильно бьют своих жертв, что забивают их до смерти. То жепроизошло и с моим отцом.

- Убийц нашли?

- Власти Мексики приняли решение расследовать этопреступление, но потом представители полиции пришли к нам домой и сказали:"Если хотите, чтобы дело расследовали, вы должны заплатить нам". Мы решили неплатить. Оплаченное правосудие это не правосудие.

- О чем вы писали до того, как погиб ваш отец?

- Я всегда занималась расследованиями, писала ополитике, наркотиках. Если говорить о тех изменениях, которые произошли послеубийства отца, то я стала более преданной идее и сфокусировалась на коррупции.Она - зло для общества, с ней правосудие невозможно.

- Практические результаты вашей работы были?Увольнения коррупционеров или нечто похожее? В Украине, к примеру, власть, ксожалению, зачастую не реагирует на публикации в СМИ.

- Я могу вам привести много примеров, когда послемоих статей возбуждались уголовные дела, были уволены чиновники или принятыважные законы. Но я также могу рассказать о тех случаях (их, к сожалению,намного больше), после которых ничего не произошло. Например, когда яобнаружила коррупционную связь между наркокартелем, высокопоставленным служащимполиции и правительством, то написала об этом в своей книге. Конечно, яожидала, что эти люди окажутся в тюрьме, но этого не произошло. После такихслучаев и приходится восстанавливать свою веру [в закон].

Но наша задача говорить людям правду,расследовать, разоблачать несмотря ни на что. Резонанс от статьи это уже не моястепень ответственности, это вопрос к обществу. Очевидно, что правительство небудет наказывать коррупционеров, поскольку оно само - часть этой порочнойсистемы. И вот тут как раз общество не должно позволить преступникам остатьсябезнаказанными. Этому его и нужно учить.

- Мексиканское общество может контролироватьвласть?

- К сожалению, нет. Я пишу о связях междунаркокартелями, полицией, правительством, публикую фотографии, доказательства,документы, и видимых результатов нет.

Но это лишь кажется, что ничего не происходит. Яуверена, что информация доходит до человека и меняет его на подсознательномуровне. Более глобальные и видимые изменения требуют времени. Поэтому нам,журналистам, необходимо продолжать работу. Если мы перестанем писать, этиментальные изменения не настанут.

- Вам сложно публиковать свои расследования?

- Да, большинство СМИ у нас контролируютсявластью, но есть некоторые независимые, которые борются с ней. Сейчас япубликую свои статьи в двух очень влиятельных оппозиционных СМИ - газете Реформа и журнале Процесс. Они не боятся публиковать мои статьи.

Семь лет назад я начала новый этап в своейкарьере. Я пишу книги о тех расследованиях, которые делала и делаю. Теперь ямогу писать все. Нет никакой цензуры. Я полностью свободна, поскольку в Мексикеиздательская инфраструктура не связана с правительством. Если ты пишешьинтересную книгу, которая хорошо продается, как в моем случае, ты ни в чем неограничена.

- В Украине многие журналисты пытаются идти вполитику, чтобы влиять на процесс. Это правильный путь? Вы не хотите пойти вполитику?

- У нас в Мексике такого нет. Более того, люди неодобряют, когда журналисты становятся госчиновниками, ведь они лишаются своейнезависимости. Так что я не думаю, что это самый правильный путь.

Власть очень коррумпирована и щедра. Я знаюнесколько примеров, когда люди, будучи в оппозиции, настоящие общественныелидеры, были независимы и принципиальны в борьбе с коррупцией и властью, но кактолько они пришли в парламент, получили секретаря, машину и водителя, большуюзарплату, в общем, роскошную жизнь, они изменились и перестали бороться. Иникто не может защитить от этого. Как только люди чувствую вкус власти, онистановятся зависимыми от нее.

- С 2006 года в Мексике убили 30 журналистов.Кто-нибудь понес за это наказание?

- Только в 2011-м были убиты четыре журналиста, писавшихо войнах наркокартелей. И никто не понес за это наказания. Все это делаетМексику одной из самых опасных стран для работы журналиста в мире.

- В 2010 году, когда стало известно, что на васготовили покушение, независимая нацкомиссия по правам человека обеспечила вампостоянную охрану.

- Да, мне и моей семье.

- Это остановит ваших врагов? Как вы живете в этомпостоянном страхе?

- Психологически это сильно изматывает. Когда ясмотрю на свои фотографии до того, как начался весь этот ужас, и на нынешние,осознаю, насколько изменилась.

Я нахожусь в постоянном напряжении. Когда ведумашину, меня окружает охрана. Если они видят где-то поблизости мотоцикл спассажиром, то сразу как по команде достают оружие. И каждый раз в таком случаея спрашиваю себя: неужели наступил тот самый момент?

Но я верю, что телохранители профессиональновыполняют свою работу. Это все, что мне остается. Очень надеюсь, что придетвремя, когда они мне больше не понадобятся.

- Почему, живя в таком страхе, вы продолжаетеразоблачать коррупционеров и наркобаронов? Что вами движет?

- Я понимаю, что если не буду писать, им будетлегче меня убить. К тому же журналистика - это мое призвание, и я никому непозволю лишить меня любимого дела. Но когда смотрю на себя в зеркало, понимаю,что не смогу жить так постоянно. Однако тут же осознаю, что сейчас точно не товремя, когда я могу остановиться. Мне еще многое нужно сделать.

- Вы осознаете, что ваши враги тоже могут боятьсявас?

- Хороший вопрос. (Задумывается.) Я каждый деньживу со страхом быть убитой, но они так же каждый день живут со страхом моихпубликаций, от которых зависит их жизнь. Мы квиты.

- Какова ваша главная цель? В Украине, например,многие журналисты видят свою миссию в том, чтобы добиться смены власти.

- Я не работаю на то, чтобы у власти сменилась таили иная политическая сила. Моя цель - глобальные изменения в обществе. Еслиэто произойдет, все будет по-другому. 

Этот материал опубликован в №35 журнала Корреспондент от 7 сентября 2012 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент в полном объеме запрещена. С правилами использования материалов журнала Корреспондент, опубликованных на сайте Корреспондент.net, можно ознакомиться здесь.



Источник: Новости раздела СМИ и реклама на korrespondent.net


x
Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее...
This website uses Cookies to ensure you get the best experience on our website. Learn more... Ознакомлен(а) / OK